Верховный суд брачный договор: Жене — деньги, себе — долги

Содержание

ВС РФ разъяснил трактовку брачного договора супруга-банкрота о передаче имущества жене — Верховный Суд Российской Федерации


Москва. 1 октября. INTERFAX.RU — Брачный договор между супругами, один из которых находится в процедуре банкротства, связывает только супругов, но не влияет на кредиторов, пояснил Верховный суд (ВС) РФ.


Если статус имущества как общего имущества супругов для кредиторов должника не изменился, то его нужно реализовать в процедуре банкротства; оснований для его исключения из конкурсной массы нет, говорится в определении, опубликованном в картотеке арбитражных дел.


В рамках дела о своем банкротстве (возбуждено 12 мая 2016 года) Юрий Тарасов обратился в Арбитражный суд Алтайского края, чтобы исключить из конкурсной массы земельный участок площадью 88 тысяч квадратных метров.


Как следует из материалов дела, Тарасов и его супруга Римма Шумакова (женаты с 1998 года) заключили в суде мировое соглашение, по которому супруга безвозмездно получила в собственность земельный участок и нежилое помещение.


Арбитражный суд Алтайского края и апелляция отказали Ю.Тарасову и оставили земельный участок в конкурсной массе. Они исходили из того, что суд общей юрисдикции фактически утвердил брачный договор между супругами, о котором не знали кредиторы; статус общей совместной собственности супругов на земельный участок не изменился; имущество, находящееся в собственности супругов, подлежит реализации в процедуре банкротства одного из них.


Кассация отменила эти решения, посчитав, что вывод судов о заключении супругами брачного договора противоречит существу судебного акта об утверждении мирового соглашения. Она не согласилась с выводом о сохранении режима совместной собственности супругов на спорное имущество после утверждения мирового соглашения, указав на отсутствие оснований для его включения в конкурсную массу должника.


Тогда финансовый управляющий Тарасова оспорил это решение в Верховном суде. Определяя судьбу совместно нажитого имущества без расторжения брака, супруги по сути заключили соглашение о разделе общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса). Учитывая схожесть признаков такого соглашения с признаками брачного договора, к спорной сделке нужно применять правила этой договорной конструкции, посчитал ВС.


Ст. 46 Семейного кодекса предусматривает специальные гарантии прав кредиторов супругов: являясь двусторонней сделкой, спорное соглашение связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга-должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника, указал ВС.


ВС назвал ссылку кассации на принцип общеобязательности судебного постановления суда общей юрисдикции в этом деле ошибочной. Как установили суды первой и апелляционной инстанций, единственной целью заключения мирового соглашения, предусматривающего отчуждение недвижимого имущества, являлось его сокрытие от кредиторов; на момент его утверждения (менее чем за два месяца до возбуждения дела о банкротстве) должник имел признаки банкротства, говорится в определении.


Поскольку статус спорного имущества как общего имущества супругов для кредиторов должника не изменился, оно подлежало реализации в процедуре банкротстве; у кассации не было оснований для его исключения из конкурсной массы, заключил ВС.


Верховный суд отменил решение кассации и оставил в силе решения судов первых двух инстанций.

Верховный суд запретил утвержденный судом «брачный договор»

В марте 2016 года суд утвердил мировое соглашение между Юрием Тарасовым и его женой Риммой Шумаковой. Оно предусматривало раздел совместно нажитого во время брака недвижимого имущества. Согласно условиям названного соглашения, супруга получила в собственность нежилое помещение и земельный участок без какой-либо компенсации Тарасову. 

В этом сюжете

Спустя два месяца после этого Арбитражный суд Алтайского края возбудил банкротное дело Тарасова (дело № А03-7118/2016). После этого должник подал заявление об исключении из конкурсной массы здания и земельного участка, сославшись на принадлежность этого имущества Шумаковой. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении этого заявления. Они исходили из того, что суд фактически утвердил заключенный супругами брачный договор, о наличии которого кредиторы не поставлены в известность. Статус общей совместной собственности супругов на земельный участок не изменился, а это значит, что имущество, находящееся в собственности супругов, подлежит реализации в ходе процедуры банкротства одного из них. 

Суд округа, напротив, указал, что вывод судов о заключении супругами брачного договора противоречит существу вступившего в законную силу судебного акта об утверждении мирового соглашения и носит ошибочный характер. Суд также не согласился с выводом судов о сохранении режима общей совместной собственности на спорное имущество после утверждения мирового соглашения и указал на отсутствие оснований для включения его в конкурсную массу должника.

Финансовый управляющий имуществом Тарасова обжаловал это решение в Верховном суде. Он считает, что фактически между сторонами заключен брачный договор, который не изменил статуса имущества как совместной собственности супругов для третьих лиц. А это значит, что участок и дом должны быть реализованы в рамках банкротного дела Тарасова. С этим согласилась экономколлегия, которая отменила судебный акт окружного суда и признала законной позицию первых двух инстанций.

Крайне неблагоприятное положение \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

Подборка наиболее важных документов по запросу Крайне неблагоприятное положение (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Крайне неблагоприятное положение

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 44 «Признание брачного договора недействительным» СК РФ»В связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 33, 40, 42, 44 Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», пришел к выводу, что условия брачного договора ставят истца в крайне неблагоприятное положение, поскольку после расторжения брака он полностью лишается права собственности на имущество, совместно нажитое в период брака с ответчиком, иного имущества, перешедшего к нему по условиям брачного договора, истец не имеет. Ввиду чего удовлетворил исковые требования ФИО1, отменив решение суда первой инстанции и произведя раздел спорной квартиры в равных долях между сторонами в соответствии с положениями статей 33, 34, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации.»

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 40 «Брачный договор» СК РФ»Разрешая требования истца о признании недействительным брачного договора от 17 декабря 2018 года, заключенного между Г.Н.Б. и Г.Н.В., в части распоряжения правом собственности на 283/341 доли в праве общей долевой собственности на спорный объект, суд не усмотрел оснований для удовлетворения данных исковых требований, указав, что ссылка истца на то, что брачный договор ставит Г.Н.Б. в крайне неблагоприятное положение, поскольку он лишается почти всего имущества, не влечет за собой признание недействительным брачного договора, так как в силу пункта 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации по указанному основанию брачный договор может быть оспорен только супругом, каковым истец не является. Суд пришел к выводу, что при заключении брачного договора ответчики реализовали принадлежащие им права, установленные статьей 40 Семейного кодекса Российской Федерации, а воля их была направлена на урегулирование материальных прав каждого из супругов, на приобретенное каждым из них имущества и сохранение законных прав и интересов обоих сторон брачного договора, право собственности на имущество, переданное Г.Н.В., зарегистрировано в установленном законом порядке. Истец же в порядке статей 12, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, с безусловностью свидетельствующие о том, что при заключении брачного договора у супругов Г-вых отсутствовала направленность на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, свойственных данной сделке, преследовалась иная цель, в том числе, избегание Г.Н.Б. возможности взыскания обществом убытков виде налоговых доначислений вследствие неправомерных действий Г.Н.Б., как руководителя общества, в проверяемом периоде и в целях препятствования возврата обществу незаконно полученного объекта недвижимости, тем более, как установлено судом, объект недвижимости был приобретен Г.Н.Б. правомерно, участником налоговой проверки Г.Н.Б. не являлся, проверка была окончена 14 сентября 2018 года, когда Г.Н.Б. сложил с себя полномочия директора и учредителя ООО «Ассоль». Суд посчитал, что то обстоятельство, что Г.Н.Б. направлял требования о погашении задолженности по арендной плате, однозначно не свидетельствует о мнимости договора дарения, поскольку указанные требования могли быть направлены Г.Н.Б. по поручению супруги, как лицом, являющимся профессионалом в сфере предпринимательства, или по иным причинам. В связи с этим суд сделал вывод об отсутствии правовых оснований для признания данного договора мнимой сделкой.»

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Крайне неблагоприятное положение

Нормативные акты: Крайне неблагоприятное положение

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
«Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ
(ред. от 04.02.2021, с изм. от 02.03.2021)3. Брачный договор не может ограничивать правоспособность или дееспособность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав; регулировать личные неимущественные отношения между супругами, права и обязанности супругов в отношении детей; предусматривать положения, ограничивающие право нетрудоспособного нуждающегося супруга на получение содержания; содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства.

Верховный суд защитил брачный договор от банкротства // Дело Валентины Молдован

Верховный суд отказался игнорировать содержание брачного договора, о котором кредиторы супруга не знали до его банкротства. В деле супруги брачным договором установили, что денежные средства в банке принадлежат тому супругу, на имя которого открыты вклады. Гражданская коллегия также указала, что судам следует отдельно анализировать источник этих денежных средств. Если будет установлено, что денежные средства получены от использования личного имущества небанкротящегося супруга, то они в любом случае должны признаваться личным имуществом этого супруга и не включаться в конкурсную массу.

Арарат Тавадян и Валентина Молдован, находясь в браке, в 2013 году заключили брачный договор, которым предусмотрели, что денежные средства на банковских вкладах являются собственностью того из супругов, на имя которого эти вклады были открыты. В 2014 году Надежда Колофидина выдала Валентине Молдован заем, который возвращен не был.

В 2017 году Надежда Колофидина обратилась с заявлением о признании Валентины Молдован банкротом. В отношении нее была введена процедура реализации задолженности. Когда кредиторы Валентины Молдован попытались обратить взыскание на денежные средства на вкладах, открытых на имя Арарата Тавадяна, супруги сослались на заключенный брачный договор.

Надежда Колофидина обратилась в суд, требуя признать денежные средства на вкладах совместно нажитым имуществом и разделить их между супругами в равных долях. Она ссылалась на то, что супруги не уведомляли ее о наличии брачного договора.

Суд первой инстанции отказал Надежде Колофидиной. Он указал, что супруги не обязаны уведомлять кредиторов о наличии брачного договора, если он заключен до момента возникновения обязательства (п. 1 ст. 46 СК РФ). Кроме того, Надежда Колофидина не вправе предъявлять требования, поскольку Валентина Молдован не наделяла ее полномочиями на обращение в суд в защиту прав и свобод супруги.

Апелляция и кассация, напротив, поддержали Надежду Колофидину. Они указали, что у нее есть интерес в предъявлении соответствующего иска — она рассчитывает пополнить конкурсную массу должника. Валентина Молдован не могла ссылаться на положения брачного договора, так как не уведомила кредиторов о его существовании.

Верховный суд, в свою очередь, с позициями апелляции и кассации не согласился и поддержал интересы супругов. Он сослался на пункт 9 Постановления Пленума о банкротстве граждан[1] и указал, что если супруги разделили имущество во внесудебном порядке, то кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, вправе игнорировать содержание брачного договора. По мнению гражданской коллегии, из системного толкования этого положения и п. 1 ст. 46 СК РФ следует, что супруги обязаны уведомлять о брачном договоре лишь тех кредиторов, чьи требования возникли до раздела имущества. А в данном деле требования Надежды Колофидиной возникли после заключения брачного договора. Поэтому вывод нижестоящих судов в этой части является неверным.

Верховный суд также обратил внимание нижестоящих судов на то, что им в любом случае необходимо установить источник денежных средств, находящихся на вкладах Арарата Тавадяна.

Супруги при рассмотрении дела ссылались на то, что часть денежных средств на вкладе получены Араратом Тавадяном в качестве дивидендов по акциям, которые являются его личной собственностью. Верховный суд сослался на сложившуюся в его практике теорию трансформации: доход от использования или продажи личного имущества также должен признаваться личным имуществом (о критике этой теории см. блог Романа Бевзенко). По мнению ВС, суды не учли, что в таком случае эти денежные средства не могут признаваться совместным имуществом супругов.

Верховный суд отправил дело на новое рассмотрение в апелляцию, указав исследовать вопрос об источнике происхождения денежных средств.

 

 

 


 

[1] Постановление Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан».

ВС запретил в брачных договорах отступные при изменах и побоях | Российское агентство правовой и судебной информации

Контекст

Верховный суд (ВС) РФ счел ничтожными условия брачных договоров, в которых оговариваются отступные при изменах, пьянстве или хулиганстве одного из членов семьи. Высшая инстанция посчитала, что соблюдение норм о запрете ставить одного из супругов при разводе в неблагоприятное положение, является важнее, чем договоренности об условиях расторжения брака.

Суть спора

ВС РФ анализировал положения брачного договора между Сафаряном А.А. и Карапетян Л.Г., который удостоверил нотариус Люберецкого нотариального округа Московской области.

Условия предусматривали, что при расторжении брака по инициативе Сафаряна А.А., либо если семья прекращает существование из-за его недостойного поведения (супружеской измены, пьянства, хулиганских действий и т.п.) имущество, акции, банковские счета переходят в собственность его супруги Карапетян Л.Г.

Спустя 20 лет брака Сафарян А.А. обратился в суд с заявлением о его расторжении, и мировой суд его удовлетворил. Спустя еще пять лет Гагаринский суд Москвы по иску Карапетян разделил между бывшими супругами имущество, основываясь на положениях заключенного между ними брачного договора.

Суд признал за Карапетян Л.Г. право собственности на квартиру и на обыкновенные, именные бездокументарные акции ОАО «Искож» номинальной стоимостью 0,04 рубля каждая в количестве 50 тысяч 150 штук.

Тогда Сафарян А.А. решил в судебном порядке признать условия брачного договора ничтожными и добился в этом успеха. Гагаринский суд Москвы признал недействительным брачный договор, а Мосгорсуд оставил это решение в силе.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Сафаряна А.А., суд первой инстанции исходил из того, что условия брачного договора поставили его в крайне неблагоприятное положение, поскольку после расторжения брака он лишился всего совместно нажитого имущества. Суд апелляционной инстанции согласился с этими выводами.

Бывшая супруга бизнесмена пыталась найти защиту в Верховном суде РФ и даже сначала одержала маленькую победу – судья Нечаев решил, что это дело должно быть пересмотрено. Однако судебная коллегия по гражданским делам своего коллегу не поддержала и отказалась отменить постановление о признании брачного договора недействительным.

Позиция ВС РФ о брачных договорах

Судебная коллегия по гражданским делам сочла правильными выводы судов первой и апелляционной инстанций. В решении ВС РФ ссылается на нормы Семейного кодекса, в том числе на положения, запрещающие ставить одного из супругов после развода в невыгодную ситуацию. 
Пункт 1 статьи 33 Семейного кодекса РФ допускает изменение режима совместной собственности супругов условиями брачного договора, который нотариально удостоверен. При этом брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов, признает ВС РФ.

Он согласен с тем, что супруги могут определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения семейных расходов. Также суд не отрицает право членов семьи определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака и включить в свой договор любые иные положения, которые касаются их имущественных отношений.

«Между тем брачный договор не может содержать условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречит основным началам семейного законодательства (пункт 3 статьи 42 Семейного кодекса РФ)», — говорится в решении.

Кодекс позволяет суду признать недействительным брачный договор, если его условия ставят одного из членов в крайне неблагоприятное положение. Также законодатель предусмотрел возможность признать ничтожными условия брачного договора, если они опять же являются крайне неблагоприятными для одного из супругов, напоминает суд.

Он считает, что в данном случае даже не действуют нормы пленума ВС РФ от 5 ноября 1998 года №15, которые разъясняют, что если брачный договор изменил режим совместной собственности, то суд при разделе имущества должен руководствоваться условиями такого договора.

«Однако следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Таким образом, реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например, вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака», — парирует коллегия.

Решение ВС РФ

Брачный договор между Сафаряном А.А. и Карапетян Л.Г. предусматривал, что в случае взаимного решения о расторжении семейных уз все нажитое имущество сохраняет правовой режим общей совместной собственности.

Переход имущества к жене предусматривался только в случаях расторжения брака по инициативе мужа: либо если он изменил супруге, пристрастился к алкогольным напиткам, хулиганил или вел себя иным недостойным образом.

Разделы договора оговаривали, что в таком случае Карапетян получает совместное имущество, банковские вклады и проценты по ним, акции и другие ценные бумаги и проценты по ним, долю в имуществе и доходы коммерческих организаций, а также приобретенную супругами во время брака посуду, кухонную утварь и технику.

«Исходя из анализа положений пункта 1.4 и раздела 2 брачного договора в их совокупности, а также учитывая то, что при заключении оспариваемого брачного договора стороны исходили из всего совместно нажитого имущества, суд пришел к правильному выводу о том, что условия брачного договора ставят Сафаряна А.А. в крайне неблагоприятное положение, поскольку он после расторжения брака полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака», — указала судебная коллегия ВС РФ.

Доводы бывшей супруги об отсутствии диспропорции в распределении имущества, поскольку в собственности Сафаряна остались акции ОАО «Искож», а также автомобиль, счета в банке и некоторые предметы домашней обстановки судьи сочли несостоятельными.

«Доводы Карапетян являются несостоятельными, поскольку согласно условиям брачного договора все имущество, за исключением подарков, в случае расторжения брака по инициативе Сафаряна А.А. переходит в собственность Карапетян Л.Г.», — указывается в решении.

Суд также оговаривает, что наличие такого имущества и подарков он не установил.

«Исходя из того, что супруги не имели в совместной собственности имущества, право на которое по условиям брачного договора не перешло или не должно перейти к Карапетян Л.Г., суд пришел к правильному выводу о лишении Сафаряна после расторжения брака всего совместно нажитого имущества. При таких обстоятельствах, вывод суда о том, что условиями брачного договора Сафарян А.А. поставлен в крайне неблагоприятное положение, соответствует установленным судом обстоятельствам и указанным выше нормам материального права», — установил ВС РФ.

Он считает, что суды первой и апелляционной инстанций правильно определили обстоятельства, имеющие значение для дела, и надлежащим образом применили нормы материального права, существенных процессуальных нарушений при рассмотрении дела ими допущено не было.

Мнение эксперта   

«Как это можно прокомментировать? Боюсь, что у меня есть стойкое ощущение, что я читаю судебный акт не Верховного суда России — современной страны, признающей (формально) свободу личности, значимость частной воли, ценность частного интереса и защищающей его.

У меня ощущение, что я читаю судебный акт Верховного суда РСФСР. Все незнакомое, нетипичное, выделяющееся своей необычностью — ничтожно. Что, придумали что-то, чего нет в законе? Да как посмели! Ничтожно! Защитить женщину? Раздавленную, сломленную, униженную? Ничтожно!

Нежелание думать о праве и анализировать правовые аргументы сочится из каждой строчки актов по этому делу (правда, очень порадовал только заместитель председателя Верховного суда РФ Нечаев, который передал дело на пересмотр, но судебная коллегия его не поддержала)», — отмечает профессор Российской школы частного права Роман Бевзенко.

Он обращает внимание, что судьи так и не указали в своем постановлении, в чем же заключалось крайне неблагоприятное положение мужа, совершившего адюльтер, которое нивелирует брачный договор.

На взгляд Бевзенко, суд должен был решить вопрос соразмерности допущенного нарушения и ответственности за него. А в случае несогласия с размером, его можно было снизить, но не полностью отменять брачный договор, считает юрист.

«Вот такой вот ужас: ценность брачных договоров в части условий, защищающих женщину, равна нулю. Я не удивлюсь, когда услышу, что после таких решений наших судов не только коммерческие контракты, корпоративные организации, наследственные механизмы будут структурироваться по английскому праву. Брачные договоры тоже надо делать по праву той юрисдикции, где они будут признаваться и защищаться судами. Увы, но сегодня Россия к числу таких юрисдикций не относится», — подчеркивает Роман Бевзенко.

Алиса Фокс

Судебная практика по делам, связанным с брачным договором

1. Суд может признать брачный договор недействительным,
если установит, что его условия ставят одного из супругов в крайне
неблагоприятное положение

 

Суд признал брачный
договор недействительным, так как его условия ставят одного из супругов в
крайне неблагоприятное положение, полностью лишая после расторжения брака права
собственности на имущество, нажитое супругами в период брака (Определение Верховного Суда РФ от 20.12.2016 N 5-КГ16-174).

Суд, признавая брачный договор недействительным, исходил из того, что
его условия поставили С. в крайне неблагоприятное положение, поскольку после
расторжения брака он лишается всего совместно нажитого имущества.

В силу п. 2 ст. 44
СК РФ суд может признать брачный договор недействительным полностью или
частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого
супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора,
нарушающие другие требования п. 3 ст. 42
СК РФ, ничтожны.

Согласно п. 15
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 «О применении
судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» если
брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности,
то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо
руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что
в силу п. 3 ст. 42
СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят
одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, он полностью
лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака),
могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Таким образом, реализация супругами права по определению режима
имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не
должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например,
вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо
лишения одного из них полностью права на имущество, нажитое в период брака.

Брачным договором предусмотрено, что в случае расторжения брака по
взаимному согласию на все нажитое во время брака имущество сохраняется правовой
режим (общей совместной собственности или собственности одного из супругов),
действующий в период брака, если данным договором не предусмотрено иное.

Вместе с тем согласно брачному договору в случае расторжения брака по
инициативе С. либо в результате его недостойного поведения (супружеской измены,
пьянства, хулиганских действий и т.п.) имущество, нажитое во время брака и
относящееся к общей совместной собственности супругов, переходит в
собственность К.

Банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты
по ним являются во время брака и в случае его расторжения собственностью
супруги; акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме
ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время
брака и в случае его расторжения супруге; доля в имуществе и (или) доходах
коммерческих организаций, приобретенная во время брака, является во время брака
и в случае его расторжения собственностью супруги; приобретенные супругами во
время брака посуда, кухонная утварь, кухонная бытовая техника являются в период
брака общей совместной собственностью супругов, а в случае расторжения брака
собственностью супруги.

Исходя из того что при заключении брачного договора стороны исходили из
всего совместно нажитого имущества, суд пришел к выводу о том, что условия
договора ставят С. в крайне неблагоприятное положение, поскольку он после
расторжения брака полностью лишается права собственности на имущество, нажитое
супругами в период брака.

Доводы К. об отсутствии диспропорции в распределении между супругами
имущества, нажитого в период брака, в связи с тем, что в собственности супруга
из состава совместно нажитого имущества остались акции, а также автомобиль,
счета в банке, предметы домашней обстановки, права требования к ООО,
несостоятельны, поскольку согласно договору все имущество, за исключением
подарков, в случае расторжения брака по инициативе С. переходит в собственность
К. Кроме того, наличие такого имущества и подарков не установлено.

Представленный К. договор аренды, заключенный в период брака сроком на
47 лет между С. (арендатор) и ОАО (арендодатель) на передачу арендатору в
срочное возмездное владение дачного помещения, вопреки утверждениям К. о том,
что после расторжения брака с С. право аренды данного объекта с учетом
произведенных супругами неотъемлемых улучшений и всего находящегося в нем
совместно нажитого дорогостоящего имущества осталось у С., не опровергает
выводы о лишении С. при исполнении условий брачного договора права
собственности на имущество, нажитое супругами в период брака, поскольку аренда
является одной из разновидностей имущественного права, относящегося к общей
совместной собственности супругов, не переходящего согласно условиям брачного
договора к истцу.

Исходя из того что супруги не имели в совместной собственности
имущества, право на которое по условиям брачного договора не перешло или не
должно перейти к К., суд пришел к выводу о лишении С. после расторжения брака
всего совместно нажитого имущества.

Учитывая, что исполнение условий брачного договора началось в момент
раздела имущества, осуществляемого по условиям брачного договора, момент начала
срока исковой давности по требованиям о признании договора недействительным (по
основаниям ничтожности и оспоримости) совпадает с моментом раздела имущества
бывших супругов.

Суд отказал
в признании брачного договора недействительным, поскольку не были представлены
доказательства того, что один из супругов поставлен условиями договора в крайне
неблагоприятное положение; несоразмерность выделенного каждому из супругов
имущества сама по себе не является основанием для признания договора
недействительным (Определение Верховного Суда РФ от 24.05.2016 N 18-КГ16-10).

Согласно удостоверенному нотариусом брачному договору любое недвижимое
имущество, которые супруги Н. и А. предполагают приобрести как в период брака,
так и в случае его расторжения, признается собственностью того супруга, на чье
имя приобретается недвижимость. Договором установлено, что приобретенная в
период брака квартира переходит в исключительную собственность Н. А. права на
квартиру не имеет, также не требуется его согласия на ее отчуждение. Все
имущественные права и обязанности супругов, приобретенные ими как в период
брака, так и в случае его расторжения, признаются собственностью того супруга,
на чье имя приобретено имущество. Приобретенные в период брака автомобиль и
гаражный бокс переходят в собственность А.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что брачный договор
соответствует закону, а доказательств того, что его условиями А. поставлен в
крайне неблагоприятное положение, не представлено, ссылка А. на несоразмерный
раздел имущества несостоятельна, поскольку возможность отступления от равенства
долей посредством заключения брачного договора предусмотрена законом, а
несоразмерность выделенного каждому из супругов имущества сама по себе не
является основанием для признания договора недействительным. Н. соблюдены
условия договора в части имущественных обязанностей, в том числе обязанности по
выплате кредита, которую она исполняет самостоятельно и за свой счет. При этом
суд указал, что в собственности А. имеется квартира, в связи с чем его довод об
отсутствии у него иного недвижимого имущества является необоснованным.

Апелляционная инстанция исходила из того, что спорная квартира
приобреталась за счет денежных средств, полученных по кредитным договорам, по
которым А. выступает поручителем и в период брака погашал задолженность,
поэтому передача квартиры по условиям брачного договора в собственность Н.
полностью лишает А. права на имущество, нажитое в период брака. Также признана
необоснованной ссылка на наличие у А. в собственности квартиры, поскольку она
была приватизирована им и продана, а часть денег от ее продажи пошла в уплату
за спорную квартиру. То обстоятельство, что А. по брачному договору остался
автомобиль и гараж, не может служить доказательством, что брачным договором он
не поставлен в крайне неблагоприятное положение. Кроме того, А. является
инвалидом.

Суд может признать брачный договор недействительным полностью или
частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого
супруга в крайне неблагоприятное положение (п. 2 ст. 44
СК РФ).

Согласно п. 15
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 «О применении
судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если
брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности,
то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо
руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что
в силу п. 3 ст. 42
СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят
одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, он полностью
лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака),
могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Таким образом, реализация супругами права по определению режима
имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не
должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например,
вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо
лишать одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака.

Брачный договор не содержит условий, которыми А. поставлен в крайне
неблагоприятное имущественное положение, в нем отсутствуют положения,
указывающие на признание права собственности на все совместно нажитое имущество
только за Н.

Стороны распределили между собой имущество таким образом, что А.
передано в собственность и недвижимое (гараж), и движимое (машина) имущество,
при этом в собственность Н. перешла не только спорная квартира, но и
обязательство по погашению кредита. Существенная диспропорция в распределении
между супругами имущества, нажитого в период брака, и имущественных
обязанностей супругов в связи с передачей каждому из них конкретного вида
имущества отсутствует.

В деле отсутствуют как доказательства предъявления требований к А. как
к поручителю по кредитному договору, так и доказательства наличия оснований для
предъявления таких требований, а также доказательства возможности предъявления
А. регрессных требований к Н. в случае исполнения им обязательств по кредитному
договору.

Суд апелляционной инстанции не принял во внимание обстоятельства
обременения залогом банка спорной квартиры, а также обстоятельства исполнения
обязательств по погашению кредитного договора Н. в период брака и принятие ею
согласно брачному договору обязательства по погашению кредита в дальнейшем.

Кроме того, не учтено, что А. на праве собственности принадлежала
квартира, которая была продана им по договору купли-продажи. Доказательств
того, что часть средств от продажи этой квартиры была направлена им в погашение
кредита за спорную квартиру, не имеется. Кроме того, квартира была продана А.
спустя более года с момента заключения брачного договора и после прекращения
брака с Н. Позже А. продал принадлежащий ему по брачному договору гаражный
бокс. Наличие у А. заболевания правового значения для применения ст. ст. 42,
44 СК РФ
не имеет.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила
апелляционное определение, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Суд пришел к
выводу о том, что брачный договор не содержит условий, которые ставят истца в
крайне неблагоприятное положение, поскольку 1/2 доли квартиры принадлежала
одному супругу еще до брака, а собственность того же супруга в отношении другой
1/2 доли установлена брачным договором (Апелляционное определение Московского городского суда от 12.01.2017 по делу N 33-995).

З.Е. обратилась с иском к А.З. и А.Р. о признании прекратившими право
пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, указывая, что
согласно брачному договору, заключенному между истцом и А.З., истцу
принадлежала на праве долевой собственности 1/2 доли квартиры.

08.12.2014 брак между З.Е. и А.З. прекращен. А.З. выехал из квартиры,
вывез личные вещи, однако с регистрационного учета не снялся.

А.З. обратился со встречным иском к З.Е. о признании брачного договора
недействительным в связи с тем, что 1/2 доли приобретена истцом в период брака
за счет общих денежных средств, в период брака никакого иного недвижимого
имущества нажито не было, недвижимого имущества, находящегося в личной собственности,
он не имеет, и с учетом сложившейся ситуации брачный договор лишает его права
на раздел в равных долях имущества, нажитого в период брака.

Пунктом 15
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 «О применении
судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»
разъяснено, что если брачным договором изменен установленный законом режим
совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества
супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом
следует иметь в виду, что в силу п. 3 ст. 42
СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят
одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из
супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами
в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию
этого супруга.

З.Е. является собственником квартиры на основании договора передачи
квартиры в собственность от 14.04.1992 (1/2 доли) и на основании договора
купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на квартиру от 09.12.2002.

03.12.2002 между З.Е. и А.З. был заключен брачный договор. Супруги
договорились, что в отношении 1/2 доли квартиры, которая будет приобретена З.Е.
у ее отца, с момента государственной регистрации соответствующего договора и
перехода права собственности по нему будет установлен режим личной
собственности З.Е.

09.12.2002 между З.Е. и З.В. был заключен договор купли-продажи 1/2
доли квартиры.

Разрешая встречный иск А.З., суд исходил из того, что в силу ст. 421
ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к
заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность
заключить договор предусмотрена ГК РФ,
законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить
договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными
правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме
случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными
правовыми актами. Суд пришел к выводу о том, что брачный договор не содержит
условий, которые ставят истца в крайне неблагоприятное положение или
противоречат основным началам семейного законодательства.

 

2. Долг по кредиту, на средства которого приобретено
имущество, переходящее по брачному договору одному из супругов, не подлежит
взысканию со второго супруга

 

Суд отказал в иске
о взыскании уплаченных платежей по ипотечному кредитному договору, поскольку
истец не представил доказательств того, что средства по заключенным им
кредитным договорам были потрачены на нужды семьи, а также что спорный
автомобиль был приобретен в общую совместную собственность за счет кредитных
средств (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 25.04.2017 по делу N 33-3956/2017).

В период брака сторонами приобретена квартира за счет собственных и
кредитных средств, предоставленных банком по кредитному договору. После
расторжения брака, в период с 01.01.2014 по 26.09.2016, платежи по ипотечному
кредиту осуществлялись только О. В связи с тем, что обязательства по кредитному
договору являются общим долгом сторон, О. просил взыскать с Н. уплаченные
истцом платежи по ипотечному кредитному договору.

Н. обратилась со встречным иском к О. о разделе автомобиля,
приобретенного в период брака, о взыскании с ответчика в ее пользу. В
обоснование иска указано, что спорный автомобиль после расторжения брака с
согласия истца оставался в пользовании ответчика, раздел имущества после
расторжения брака не производился, ответчик без ее согласия продал автомобиль,
не выплатив ей стоимость 1/2 доли в общей собственности на автомобиль.

Кроме этого, О. обратился с иском к Н. о признании совместно нажитым в
период брака долга по кредитному договору и о взыскании 1/2 доли фактически
оплаченного кредита. В обоснование иска указано, что в период брака на заемные
кредитные средства был приобретен автомобиль, обязательства по кредиту
исполнены им одним за счет средств, полученных по кредитному договору.

29.12.2000 сторонами был заключен брак, который расторгнут 24.12.2013.

27.06.2007 между Н. и О. заключен брачный договор, удостоверенный
нотариусом. Согласно договору квартира (и имущественные права на нее), которая
будет приобретаться в период брака после заключения договора на имя О., будет
являться исключительно собственностью О.

03.08.2008 О. по договору купли-продажи приобретена в собственность
квартира, в том числе за счет кредитных средств, представленных по кредитному
договору от 26.09.2007 и дополнительному соглашению к нему от 29.02.2008,
заключенным О. с банком.

В период с 01.01.2014 до 29.06.2016 О. по кредитному договору и
дополнительному соглашению к нему выплачена часть основного долга и процентов.

Суд первой инстанции отказал в иске О., руководствуясь ст. ст. 33,
40 — 43 СК
РФ, ст. 307
ГК РФ, исходя из брачного договора, согласно которому квартира является личной
собственностью О., и пришел к выводу, что обязательства по кредитному договору,
соответственно, являются личными обязательствами (долгом) О. Отказывая О. в
признании совместно нажитым в период брака долга по кредитному договору от
24.10.2013 и о взыскании с Н. денежных средств, выплаченных О. по данному
договору, руководствуясь ст. ст. 39,
45 СК
РФ, суд исходил из того, что О. не представлено доказательств возникновения
обязательств по этому кредитному договору по инициативе О. и Н. в интересах
семьи либо что все заемные денежные средства были использованы на нужды семьи.
Кроме того, О. не представлено доказательств приобретения спорного автомобиля
на кредитные средства.

В силу брачного договора на любое другое имущество (кроме квартиры),
приобретенное в период брака, распространяется режим совместной собственности,
а также п. 1 ст. 33
СК РФ, в связи с чем автомобиль являлся совместной собственностью. После
расторжения брака автомобиль остался в пользовании О. с согласия Н., что не
оспаривалось О. 28.04.2015 О. продал автомобиль.

Частично удовлетворяя встречный иск Н., руководствуясь ст. ст. 35, 38, 39 СК
РФ, ст. 253
ГК РФ, суд исходил из условий брачного договора, акта оценки автомобиля и
пришел к выводу о взыскании с О. в пользу Н. 1/2 доли рыночной стоимости
автомобиля.

Брачный договор не расторгнут, не изменен и не признан
недействительным.

В силу пп. 1 ч. 1 ст. 10
Федерального закона от 29.12.2006 N 256-ФЗ «О дополнительных мерах
государственной поддержки семей, имеющих детей» средства (часть средств)
материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении
могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения,
осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону
сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных,
жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного
перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение
(строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому
лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо
организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору
(договору займа) денежные средства на указанные цели.

Само по себе использование средств материнского капитала в счет
частичного погашения основного долга и процентов по кредитному договору на
приобретение квартиры не изменяет режим личной собственности О. на квартиру,
установленный брачным договором.

Судебная коллегия отклонила довод о том, что не может быть применена к
правоотношениям, возникшим при разделе имущества супругов, ст. 45
СК РФ, поскольку эта статья предполагает ответственность супругов по обязательствам перед третьими лицами,
а не между собой.

В силу ч. 1 ст. 35
СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются
по обоюдному согласию супругов. Аналогичные положения закреплены и в ст. 253
ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 45
СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь
на имущество этого супруга.

Согласно ч. 2 ст. 45
СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам
супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено,
что все полученное по обязательствам одним из супругов было использовано на
нужды семьи. При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным
обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них.

О. не представлено доказательств того, что средства по заключенным им
кредитным договорам были потрачены на нужды семьи, а также что спорный
автомобиль был приобретен в общую совместную собственность за счет кредитных
средств.

 

3. Имущество, принадлежащее по брачному договору одному из
супругов, не включается в наследственную массу после смерти другого супруга

 

Если в соответствии
с брачным договором квартира не может быть признана совместной собственностью
супругов, то она не может быть включена в наследственную массу после смерти
супруга, в чьей собственности она находилась (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда N 33-21888/2016).

На основании п. 1 ст. 1142
ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители
наследодателя. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день
открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и
обязанности (ст. 1112
ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 34
СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной
собственностью. Общим имуществом супругов являются в том числе приобретенные за
счет общих доходов супругов недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в
период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно
приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34
СК РФ).

Вместе с тем, в силу п. 1 ст. 39
СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом
имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено
договором между супругами.

М. умер 06.11.2014. Р. является дочерью М. Б. состояла в браке с М. на
момент его смерти. Наследниками М. являются истец и ответчик, ими получены
свидетельства о праве на наследство по закону.

23.09.2014 произведена государственная регистрация права собственности
Б. на квартиру на основании договора участия в долевом строительстве жилого
дома от 27.05.2013, акта приема-передачи от 01.09.2014. Договор участия в
долевом строительстве был заключен Б. в отношении приобретения по окончании
строительства квартиры. Согласно акту приема-передачи от 01.09.2014 во
исполнение условий договора Б. приняла квартиру от застройщика.

Б. и М. заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом. В
соответствии с договором права и обязанности, права требования квартиры, в том
числе денежные средства, а также квартира, приобретаемая в период брака на имя
Б., будут являться ее собственностью. На данное имущество режим совместной
собственности не распространяется. Ни при каких обстоятельствах, в том числе в
случае прекращения брака или раздела имущества, М. обязуется не предъявлять
претензий на раздел этой квартиры и не претендовать на выдел доли в праве
собственности на нее. Условия брачного договора о раздельной собственности
супругов на указанное имущество учитываются при определении состава наследства
в случае смерти одного из супругов, в связи с чем переживший супруг не будет
иметь права требовать выдела супружеской доли из этого имущества умершего
супруга. В данном имуществе пережившего супруга доли умершего супруга не будет.
Для управления, распоряжения, в том числе последующего отчуждения квартиры,
предварительного письменного согласия супруга не требуется.

В силу брачного договора эта квартира не может быть признана общей
совместной собственностью супругов, даже если будет установлено, что во время
брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга
были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества
(ремонт, достройка и пр.). Расходы на неотделимые улучшения, сделанные во время
брака, возмещению не подлежат как во время брака, так и в случае его
расторжения.

Все остальное движимое и недвижимое имущество, приобретенное в период
брака на имя одного из супругов, будет являться их общей совместной
собственностью.

Брачный договор не оспорен и недействительным не признан.

Суд пришел к выводу о том, что, поскольку в соответствии с брачным
договором спорная квартира не может быть признана совместной собственностью
супругов, она не может быть включена в наследственную массу после смерти М.

Ссылка на п. 1 ст. 46
СК РФ правового значения не имеет, поскольку несоблюдение данной нормы влечет
установленную в ней ответственность перед кредитором по обязательственным
правам должника — супруга в отношении имущества, указанного в брачном договоре,
и не распространяет свое действие на отношения по наследованию данного
имущества.

 

4. Супруг-должник обязан уведомлять кредитора обо всех
случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и должен
отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора

 

Не извещенный о
заключении брачного договора кредитор одного из супругов изменением режима
имущества супругов юридически не связан и вправе требовать обращения взыскания
на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника
(Апелляционное определение Саратовского областного суда от 14.09.2016 N 33-7009).

Отказывая в признании недействительным брачного договора, суд исходил
из того, что он не является мнимой сделкой, совершенной без намерения создать
соответствующие ей юридические последствия (п. 1 ст. 170
ГК РФ), а неуведомление должником своего кредитора о заключении брачного
договора не влечет признания его недействительным. Однако, отказывая в выделе
доли В., суд не принял во внимание ст. ст. 255,
256 ГК
РФ. В соответствии со ст. 255
ГК РФ кредитор участника долевой или совместной собственности при
недостаточности у собственника другого имущества вправе предъявить требование о
выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания. Если
выделение доли в натуре невозможно либо против этого возражают остальные
участники долевой или совместной собственности, кредитор вправе требовать
продажи должником своей доли остальным участникам общей собственности по цене,
соразмерной рыночной стоимости этой доли, с обращением вырученных от продажи
средств в погашение долга. В случае отказа остальных участников общей
собственности от приобретения доли должника кредитор вправе требовать обращения
взыскания на долю должника в праве общей собственности путем продажи этой доли
с публичных торгов.

На основании п. п. 1,
3, 4 ст. 256
ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной
собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого
имущества. По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено
лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем
имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.
Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок
такого раздела устанавливаются семейным законодательством.

Кроме того, суд не учел позицию Конституционного Суда РФ относительно
законности п. 1 ст. 46
СК РФ, в соответствии с которой, допустив возможность договорного имущества
супругов, федеральный законодатель — исходя из необходимости обеспечения
стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от
недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях,
и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная,
часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга,
который не является должником — предусмотрел в п. 1 ст. 46
СК РФ обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо
всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его
обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного
договора, если он указанное требование не выполняет. Соответственно, не
извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества
супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения
взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Таким образом, требования о выделении доли должника В. из совместной
собственности супругов без учета брачного договора основаны на законе.

Несостоятельны доводы ответчика о том, что у него на основании
исполнительного листа удерживаются денежные суммы в пользу взыскателя С., в
связи с чем суд правомерно отказал в выделе его доли из общего имущества
супругов, поскольку эти доводы сводятся к ошибочному толкованию
законодательства.

В ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель
установил отсутствие у В. какого-либо иного имущества, на которое можно было бы
обратить взыскание, помимо заработной платы, в связи с наличием брачного
договора. То обстоятельство, что на основании исполнительного листа с ответчика
удержана денежная сумма, а также то, что по исполнительному производству о
взыскании с В. судебных расходов денежные средства выплачены ответчиком в
полном объеме, с учетом имеющейся задолженности, не свидетельствуют о
возможности погашения имеющегося у него долга.

При таких обстоятельствах выводы суда об отсутствии оснований для
выдела доли В. в общем имуществе нельзя признать обоснованными. Судебная
коллегия отменила решение суда первой инстанции в части отказа в выделении доли
из общей совместной собственности и в этой части иск удовлетворила.

Не
извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества
супругов юридически не связан и вправе требовать обращения взыскания на
имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника; нахождение
спорной квартиры в залоге у банка не является основанием для отказа в иске
(Апелляционное определение Саратовского областного суда от 14.09.2016 N 33-7009).

А. обратился с иском к Г.Р. и Г.А. о выделе доли должника в общем
имуществе супругов, обращении взыскания на долю должника в общем имуществе
супругов.

Ответчиками заключен брачный договор, в соответствии с которым
имущество, нажитое супругами во время брака, является в период брака общей
совместной собственностью супругов, за исключением имущества, лично
принадлежащего по закону одному из супругов, а также за исключением случаев,
предусмотренных в договоре. Приобретенное или приобретаемое супругой во время
брака любое недвижимое имущество на имя супруги за счет собственных и кредитных
средств, в том числе на средства предоставленного супруге ипотечного кредита,
как в период брака, так и в случае его расторжения, признается личной
собственностью супруги. В случае приобретения супругой любого недвижимого
имущества за счет кредитных средств обязанность по возврату кредита возлагается
на супругу.

В соответствии с п. 1 ст. 46
СК РФ супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении,
изменении или расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности
супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного
договора.

Брачный договор заключен ответчиками после заключения истцом и Г.Р.
договоров, в связи с неисполнением обязательств по которым с Г.Р. в пользу
истца взыскана задолженность. Между тем доказательств того, что Г.Р. в порядке
исполнения ст. 46
СК РФ было направлено уведомление истцу о заключении брачного договора и
изменении режима совместно нажитого имущества, ответчиками не представлено.
Г.Р. не отрицал, что не уведомлял истца о заключении брачного договора.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной
в Определении
от 13.05.2010 N 839-О-О, допустив возможность договорного режима имущества
супругов, закон — учитывая, что в силу брачного договора часть общего имущества
супругов может перейти в собственность того супруга, который не является
должником, — предусмотрел в п. 1 ст. 46
СК РФ обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора о
заключении, изменении или расторжении брачного договора и его обязанность
отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора,
если он это требование не выполняет. Соответственно, не извещенный о заключении
брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов юридически не
связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество,
перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

При таких обстоятельствах Г.Р. должен отвечать по гражданско-правовому
обязательству независимо от содержания брачного договора.

В силу ст. 255
ГК РФ кредитор участника долевой или совместной собственности при
недостаточности у собственника другого имущества вправе предъявить требование о
выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания. Если в
таких случаях выделение доли в натуре невозможно либо против этого возражают
остальные участники собственности, кредитор вправе требовать продажи должником
своей доли остальным участникам общей собственности по цене, соразмерной
рыночной стоимости доли, с обращением вырученных от продажи средств в погашение
долга. В случае отказа остальных участников от приобретения доли должника
кредитор вправе требовать обращения взыскания на долю должника в праве общей
собственности путем продажи этой доли с публичных торгов.

Учитывая, что у Г.Р. имеются перед истцом неисполненные денежные
обязательства, имущества Г.Р. недостаточно для исполнения обязательств,
требования истца подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 255
ГК РФ 14.01.2016 истцом в адрес Г.Р. направлено требование продать долю в
совместно нажитом имуществе Г.А. с обращением вырученных от продажи денежных
средств в погашение задолженности по исполнительному производству. От Г.А.
получен отказ от приобретения доли Г.Р.

Поскольку при разделе общего имущества супругов и определении долей в
этом имуществе их доли признаются равными, доли ответчиков в совместно нажитом
имуществе на квартиру и автомобиль признаются равными, возможно выделить долю
Г.Р. в размере 1/2 в праве собственности на квартиру и в размере 1/2 в праве
собственности на автомобиль и обратить взыскание в пользу истца путем продажи с
публичных торгов на принадлежащие Г.Р. доли в размере 1/2 в праве собственности
на указанное имущество.

Нахождение спорной квартиры в залоге у банка не является основанием для
отказа в иске.

В соответствии с п. 1 ст. 353
ГК РФ в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому
лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за
исключением случаев, указанных в пп. 2 п. 1 ст. 352
и ст. 357
ГК РФ) либо в порядке универсального правопреемства залог сохраняется.

Согласно Постановлению
Пленума ВС РФ от 17.11.2015 N 50 «О применении судами законодательства при
рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»
судебный пристав-исполнитель может обратить взыскание на заложенное имущество
для удовлетворения требований взыскателя, не являющегося залогодержателем (ч. 3 ст. 87
Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном
производстве»), при отсутствии иного, помимо заложенного, имущества, на
которое можно обратить взыскание. Обращение взыскания в данном случае
осуществляется с учетом правил продажи имущества, обремененного правами третьих
лиц (п. 1 ст. 353,
ст. 460
ГК РФ, ст. 38
Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге
недвижимости)»), в том числе с извещением покупателя о том, что
реализуемое имущество находится в залоге, и, соответственно, с сохранением
залога при переходе прав на имущество от залогодателя-должника к покупателю.
Продажа заложенного имущества в отсутствие требуемого извещения и его
приобретение лицом, которое не знало и не должно было знать, что имущество
является предметом залога, в силу пп. 2 п. 1 ст. 352
ГК РФ влечет прекращение залога. В этом случае залогодержатель вправе требовать
возмещения убытков с лица, на которое возложена обязанность предоставления
информации об обременении имущества.

Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции и иск
удовлетворила.

 

5. Условие брачного договора о предоставлении супругом в
собственность другого супруга квартиры не влечет возникновения права требования
выплаты супругу денежного эквивалента стоимости квартиры

 

Если по условиям
брачного договора одна сторона обязалась предоставить другой стороне на праве
собственности квартиру, то требования о выплате денежного эквивалента стоимости
квартиры сводятся к изменению условий брачного договора в одностороннем порядке
и удовлетворению не подлежат (Апелляционное определение Верховного суда Республики Карелия от 12.08.2016 N 33-2945/2016).

Стороны состояли в зарегистрированном браке с 12.02.2011 по 23.08.2012.
10.02.2011 ими был заключен брачный договор, по условиям которого при
расторжении брака К. принял на себя обязательство предоставить на праве
собственности Г. квартиру.

13.08.2015 Г. обратилась с иском о понуждении к исполнению брачного
договора, просила обязать К. приобрести на ее имя квартиру, а именно произвести
выплату М. в счет оплаты стоимости квартиры, а М. обязать передать квартиру в
ее собственность.

К. обратился со встречным иском о признании частично недействительным
брачного договора.

Решением суда в иске Г. и встречном иске К. отказано. Суд исходил из
того, что К. не принимал на себя обязательства о передаче Г. каких-либо
денежных средств, в связи с чем требования о понуждении его к выплате денежного
эквивалента стоимости квартиры не соответствуют принятым сторонам
обязательствам и противоречат брачному договору.

В соответствии со ст. 307
ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу
другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество,
выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного
действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его
обязанности.

По требованию одного из супругов брачный договор может быть изменен или
расторгнут по решению суда по основаниям и в порядке, которые установлены ГК РФ
для изменения и расторжения договора. Брачный договор является двусторонней
сделкой, для изменения которой должно быть соглашение двух лиц.

Между тем требования Г. о выплате денежного эквивалента стоимости
квартиры сводятся к изменению условий брачного договора в одностороннем
порядке, притом что двустороннее соглашение об изменении условий договора
стороны не заключали. По условиям договора К. обязался предоставить Г. на праве
собственности квартиру, но не выплатить в ее пользу денежные средства на
приобретение квартиры, такого условия брачный договор не содержит.

Довод Г. о преюдиции решения суда от 28.09.2015, в котором содержится
вывод об обязанности К. по передаче Г. квартиры в натуре либо стоимости ее
эквивалента, является несостоятельным, поскольку в силу ст. 61
ГПК РФ обязательными для суда являются обстоятельства, установленные вступившим
в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу, а не выводы
суда об обстоятельствах.

 

6. Начало течения срока исковой давности по требованиям,
основанным на брачном договоре, не зависит от даты прекращения брака

 

Течение срока
исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей
совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, начинается не со
времени прекращения брака, а со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о
нарушении своего права на общее имущество (Определение Ленинградского областного суда от 20.04.2016 N 33-1820/2016).

Стороны заключили брачный договор, согласно которому в случае
расторжения брака сторонам принадлежит по 1/2 доле в праве собственности на
земельный участок и дом.

Л. сослалась на то, что от регистрации на ее имя перехода права
собственности на 1/2 доли спорного имущества Н. уклоняется. Указала на условия
заключенного между сторонами брачного договора, приобретение спорного имущества
в период брака.

Брачный договор, заключенный в период брака, вступает в силу после его
нотариального удостоверения, с момента которого у супругов возникают
предусмотренные этим договором права и обязанности.

Л. преследовала цель — восстановить свое право на 1/2 долю спорных
участка и дома, ссылаясь при этом на брачный договор, который совершен в
надлежащей форме, никем не оспорен, требования о признании его недействительным
не заявлялись. Он фактически исполнен, что подтверждается в том числе и Н.,
который указал, что Л. препятствовала ему в проживании и пользовании спорным
домом, пользовалась домом и участком сама, что вынудило его возвести на спорном
участке еще один садовый дом, с иском о сносе которого Л. ранее обращалась в
суд, в чем ей было отказано.

После расторжения брака раздел имущества между бывшими супругами в
судебном порядке не производился, спора о порядке пользования общим имуществом
не имелось, от своих прав на долю земельного участка и садового дома Л. не
отказывалась, спорным имуществом пользуется, неоднократно обращалась к Н. с
просьбой зарегистрировать переход права собственности на ее имя.

Признание за Л. права на спорное имущество является основанием для его
регистрации.

Довод о пропуске срока исковой давности отклонен. Пунктом 7 ст. 38
СК РФ предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества
супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой
давности. При этом течение этого срока для требований о разделе имущества,
являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут,
следует исчислять со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о нарушении
своего права на общее имущество (п. 2 ст. 9
СК РФ, п. 1 ст. 200
ГК РФ). Аналогичные разъяснения содержатся в п. 19
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 «О применении
судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», где
указано, что течение этого срока следует исчислять не со времени прекращения
брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации
актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов
гражданского состояния, а при расторжении брака в суде — дня вступления в
законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о
нарушении своего права.

Л. указала, что о нарушении своих прав она узнала в августе 2015 года,
когда Н. не явился по ее извещению на государственную регистрацию перехода
права собственности на спорное имущество. До этого она пользовалась (и ей не
чинились в этом со стороны ответчика препятствия) как участком, так и домом, не
отказываясь от своих прав на них. Кроме того, регистрация права собственности на
участок была произведена Н. лишь в 2015 году.

Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции и иск
удовлетворила.

Поскольку
брачным договором не определен срок исполнения принятого супругом
обязательства, в соответствии с п. 2 ст. 200 ГК РФ начало течения срока исковой давности определяется моментом
предъявления вторым супругом в суд требования об исполнении условий брачного
договора (Апелляционное определение Верховного суда Республики Карелия от 12.08.2016 N 33-2945/2016).

Стороны состояли в зарегистрированном браке с 12.02.2011 по 23.08.2012.
10.02.2011 ими был заключен брачный договор, по условиям которого при
расторжении брака К. принял на себя обязательство предоставить на праве
собственности Г. квартиру, выбор квартиры определяется Г. Договор удостоверен
нотариусом, в силу ст. 41
СК РФ вступил в силу со дня государственной регистрации брака 12.02.2011.

13.08.2015 Г. обратилась с иском о понуждении к исполнению брачного
договора, просила обязать К. приобрести на ее имя квартиру, а именно:
произвести выплату М. в счет оплаты стоимости квартиры, а М. обязать передать
квартиру в ее собственность.

К. указал на пропуск Г. срока исковой давности, считая, что срок
возникновения и исполнения обязательства, вытекающего из брачного договора,
определен расторжением брака. Брак прекращен 23.08.2012. С этого дня у Г.
возникло право требования исполнения им брачного договора. Следовательно, срок
исковой давности по требованию о понуждении к исполнению брачного договора
истек 23.08.2015. 13.08.2015 Г. подала иск о понуждении к исполнению брачного
договора. Решение суда об отказе в иске вступило в силу 15.12.2015. Повторно с
иском о понуждении к исполнению брачного договора, рассматриваемым в настоящем
деле, Г. обратилась 24.02.2016, то есть за пределами срока исковой давности.
Кроме того, 13.08.2015 Г. уже обращалась с таким иском. Решением суда,
вступившим в законную силу, в иске было отказано. Предметом иска от 13.08.2015
являлось требование о понуждении к исполнению брачного договора. В качестве
основания указаны факт расторжения брака и необходимость исполнения К.
принятого на себя обязательства.

Правовые основания для применения срока исковой давности отсутствуют,
поскольку брачным договором не определен срок исполнения принятого К.
обязательства, в связи с чем в соответствии с п. 2 ст. 200
ГК РФ начало течения срока исковой давности определено моментом предъявления Г.
13.08.2015 в суд требования об исполнении условий брачного договора.

 

7. Условия брачного договора расцениваются как
подтверждение намерений супругов на распоряжение совместно нажитым имуществом

 

Суд отказал в иске
об оспаривании сделок и признании права собственности на долю супруги в
имуществе, поскольку, давая согласие супругу на отчуждение общего имущества,
она сама распорядилась принадлежащими ей правами; иск о признании права
собственности детей на доли в имуществе удовлетворен, поскольку распоряжение
супругой своими правами не может быть основанием для вывода о распоряжении
правами детей (Апелляционное определение Липецкого областного суда от 24.02.2016 по делу N 33-569/2016).

П.Д.А. и П.И.И. состояли в зарегистрированном браке, брак был
прекращен. Они являются родителями несовершеннолетних детей.

П.И.И. в связи с рождением второго ребенка был выдан сертификат на материнский
(семейный) капитал, подтверждающий ее право на получение такого капитала в
соответствии с Федеральным законом
от 29.12.2006 N 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки
семей, имеющих детей».

По договору купли-продажи П.Д.А. в период брака и совместного
проживания приобрел в собственность земельный участок, на котором был возведен
объект незавершенного строительства — жилой дом, право собственности на дом
было зарегистрировано за П.Д.А.

П.Д.А. был заключен договор целевого займа для завершения строительства
дома на срок 10 лет.

П.И.И. обратилась с заявлением о направлении средств материнского
капитала на улучшение жилищных условий — погашение основного долга и процентов
по договору займа на строительство жилья, оформленного на П.Д.А. К заявлению
было приложено обязательство П.Д.А., удостоверенное нотариусом, согласно
которому в связи с намерением воспользоваться правом направить средства
материнского капитала на погашение долга по договору займа он обязуется
оформить в общую собственность П.Д.А., П.И.И. и детей с определением размера
долей по соглашению объект недвижимости, состоящий из объекта незавершенного
строительства, приобретаемый (построенный) на средства займа и принадлежащий
ему, в течение 6 месяцев после ввода данного объекта в эксплуатацию. Данное
обязательство не оспаривалось, доказательств его исполнения нет.

Выпиской из домовой книги подтверждено, что П.Д.А., П.И.И. и их дети
зарегистрированы в спорном доме в качестве квартирантов.

Целевой заем погашен полностью материнским капиталом.

В ЕГРП было зарегистрировано право собственности П.Д.А. на жилой дом.

П.И.И. дала согласие П.Д.А. на отчуждение в любой форме и на любых
условиях жилого дома и земельного участка, согласие было удостоверено
нотариусом.

П.Д.А. и С.А.В. заключили договор купли-продажи, по условиям которого
П.Д.А. продал С.А.В. жилой дом и земельный участок, расчет произведен полностью
до подписания договора, договор имеет силу передаточного акта. В ЕГРП было
зарегистрировано право собственности С.А.В. на данное имущество, при этом для
осуществления регистрации предоставлялось также согласие П.И.И. на его
отчуждение.

С.А.В. и П.В. заключили договор купли-продажи, по условиям которого
С.А.В. продал П.В. жилой дом и земельный участок, расчет произведен полностью
до подписания договора, договор имеет силу передаточного акта. В ЕГРП было
зарегистрировано право собственности на данное имущество.

П.Д.А. и П.И.И. заключили нотариально удостоверенный брачный договор,
согласно которому они, находясь в зарегистрированном браке, определили правовой
режим имущества, приобретенного ими во время брака, на период этого брака, а
также на случай его расторжения — земельный участок и жилой дом, которые
предполагает приобрести на свое имя П.Д.А. на средства ипотечного кредита,
предоставляемого ему банком, по соглашению супругов признается личной
собственностью П.Д.А., а обязанность по возврату кредита — его личной
обязанностью, П.И.И. не несет ответственности за возврат кредита.

П.В. и П.Д.А. заключили договор купли-продажи с использованием
кредитных средств, по условиям которого П.В. продал П.Д.А. жилой дом и
земельный участок, расчет производится в следующем порядке: часть суммы
покупатель передает продавцу до подписания договора за счет собственных
средств, окончательный расчет производится за счет кредитных средств в течение
3 дней с даты государственной регистрации перехода права собственности и
ипотеки на объект недвижимости. Покупатель приобретает данное имущество с
использованием кредитных средств, предоставляемых ему банком по кредитному
договору. Имущество приобретается в собственность покупателя в соответствии с
брачным договором.

Между П.Д.А. и банком был заключен кредитный договор, по которому
кредитор предоставляет заемщику денежные средства на приобретение жилого дома с
земельным участком, а заемщик осуществляет возврат кредита и уплачивает
проценты в порядке, установленном договором, обеспечением исполнения
обязательств заемщика является залог приобретаемого им имущества.

В ЕГРП было зарегистрировано право собственности П.Д.А. на жилой дом и
земельный участок, а также обременение в виде ипотеки в силу закона в пользу
банка.

При заключении перечисленных сделок предоставлялись справки о том, что
в жилом доме никто не зарегистрирован.

П.Д.А. на время вынесения решения является собственником спорного
имущества. В связи с ненадлежащим исполнением П.Д.А. обязательств по кредитному
договору банк обратился к нему с иском о взыскании кредитной задолженности и
обращении взыскания на заложенное имущество, в настоящее время иск не
рассмотрен.

Суд первой инстанции исходил из наличия нотариального согласия П.И.И.
на отчуждение П.Д.А. в любой форме и на любых условиях спорного жилого дома и
земельного участка и содержания брачного договора и пришел к выводу, что
П.И.И., давая согласие на отчуждение имущества, в том числе приобретенного
частично за счет средств материнского капитала, сама распорядилась
принадлежащим ей и несовершеннолетним детям правом на долю в данном имуществе
при отсутствии доказательств наличия у нее заблуждения, имеющего существенное
значение относительно природы сделки.

Однако из согласия П.И.И., содержания брачного договора следует, что
П.И.И. распорядилась только своими правами, поэтому они не могут быть
основаниями для вывода о распоряжении правами детей, а вывод суда о возможности
П.И.И. защищать права детей иным способом сам по себе не исключает возможности
предъявления требований о признании права собственности на долю в спорном доме
за каждым из детей.

Законом
«О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих
детей» предусмотрено, что дополнительные меры государственной поддержки
семей, имеющих детей, установлены в целях обеспечения в том числе возможности
улучшения жилищных условий семей, имеющих детей.

В силу ст. 7
данного Закона лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами
материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям, в том числе
на улучшение жилищных условий.

Заявление о распоряжении может быть подано в любое время со дня
рождения (усыновления) второго, третьего ребенка или последующих детей в случае
необходимости использования средств (части средств) материнского (семейного)
капитала на погашение основного долга и уплаты процентов по кредитам или займам
на приобретение (строительство) жилого помещения, включая ипотечные кредиты,
предоставленным гражданам по кредитному договору (договору займа), заключенному
с организацией, в том числе кредитной организацией.

В соответствии со ст. 10
данного Закона жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное)
с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала,
оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого,
второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по
соглашению.

Спорный жилой дом построен с использованием средств материнского
капитала, и П.Д.А. принято обязательство, что в связи с намерением
воспользоваться правом направить средства материнского семейного капитала по
сертификату, выданному на имя П.И.И., он обязуется оформить в общую
собственность П.Д.А., П.И.И. и детей с определением размера долей по соглашению
в течение 6 месяцев в случае индивидуального жилищного строительства — после ввода
объекта индивидуального жилищного строительства в эксплуатацию (при отсутствии
обременения).

Спорный дом введен в эксплуатацию с оформлением права собственности за
П.Д.А., не установлено наличия соглашения об определении долей в доме между
указанными лицами либо ином зачетном исполнении этого обязательства.

Судебная коллегия считает подлежащими удовлетворению требования о
признании права собственности на 1/30 долю за каждым из детей, исходя из
расчета П.И.И. о пропорции размера материнского капитала, пошедшего на
строительство спорного дома, в соответствии с которым на двоих детей приходится
1/15 доля, а на каждого по 1/30 доли за счет уменьшения права собственности на
весь дом П.Д.А.

Требования П.И.И. об оспаривании кредитного договора в части применения
залога на весь спорный дом не являются достаточными основаниями для признания
недействительным одного из пунктов кредитного договора, стороной которого она
не является и обязательств по нему не несет в силу действующего брачного
договора.

Залог на спорный дом является способом обеспечения обязательств П.Д.А.
по кредитному договору и возник на основании данного договора, в настоящее
время имеется необходимость сохранения обременения данного имущества залогом,
независимо от изменения предмета залога при признании прав детей на долю в нем.

Применение залога связано с рассмотрением иного судебного спора, в ходе
которого стороны вправе определить его судьбу, в том числе владелец имущества
П.Д.А. вправе компенсировать права других лиц на залоговое имущество, в то
время как у залогодержателя сохраняются права обеспечения в полном объеме до
рассмотрения спора, а при обращении взыскания на данное имущество имеется право
раздельной продажи, выдела доли. Сохранение залога при изменении предмета
залога вытекает из параграфа 3 гл. 23
ГК РФ.

В остальной части суд правильно исходил из того, что П.И.И., давая
согласие П.Д.А. на отчуждение принадлежащего им имущества, сама распорядилась
принадлежащими ей правами, нет доказательств, что она была введена в
заблуждение, имеющее существенное значение относительно природы сделок, что
явно видно из характера ее действий, когда в отношениях с другими лицами при
заключении оспариваемых сделок они с П.Д.А. представляли из себя супругов, она
как супруга в присутствии нотариуса давала согласие на сделку П.Д.А. с домом, а
при заключении брачного договора у нотариуса было прямо указано на намерение
П.Д.А. приобрести с использованием кредитных средств жилой дом и земельный
участок, который им ранее принадлежал, что ей было известно, но она снимала с
себя обязанности по возврату указанных кредитных средств. Налицо ее
осведомленность по оспариваемым сделкам в период их совершения.

Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции в части отказа
в иске о признании права собственности на жилой дом за детьми, в этой части
требование удовлетворила, в остальной части оставила решение без изменения.

 

8. Если супруги не были ознакомлены нотариусом с правовыми
последствиями избранного ими правового режима совместно нажитого имущества,
брачный договор может быть признан недействительной сделкой

 

Брачный договор
должен содержать указание на то, что он был вслух прочитан нотариусом, прочитан
сторонами лично, им были разъяснены основные положения о правах и обязанностях
сторон, последствиях заключения брачного договора и что эти положения им
понятны (Апелляционное определение Московского городского суда от 12.01.2016 N 33-0146/2016).

Стороны заключили брачный договор, которым изменили установленный
законом режим совместной собственности и установили режим раздельной
собственности супругов как на уже имеющееся, так и на будущее имущество.

В договоре имеется отметка о том, что он подписан сторонами в
присутствии нотариуса. Личность сторон установлена, дееспособность их
проверена. Однако в нем отсутствует указание на то, что сторонам нотариусом
было разъяснено существо сделки, правовые последствия подписания договора, что
текст договора был зачитан вслух.

Суд исходил из того, что из текста брачного договора не следует, что
нотариус вслух зачитывал его, как этого требует закон, и указание о прочтении в
самом тексте договора отсутствует; в договоре не отмечено, что при его
заключении супруги были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями
избранного ими правового режима имущества, условиями заключения брачного
договора, что правовой режим недвижимого имущества стороны определили в
соответствии со своей волей и своим желанием, что воля каждого супруга была
сформирована свободно, самостоятельно, без принуждения.

Согласно ст. 16
Основ законодательства РФ о нотариате (далее — Основы) нотариус обязан
оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и
защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о
последствиях совершаемых нотариальных действий, с тем чтобы юридическая
неосведомленность не могла быть использована им во вред, то есть при совершении
нотариального действия нотариус обязан разъяснить права и обязанности,
предупредить о последствиях совершаемых нотариальных действий.

В соответствии со ст. 54
Основ  нотариус обязан
разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить,
соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не
противоречит ли требованиям закона.

Статья 44
Основ предусматривает, что содержание нотариально удостоверяемой сделки, а
также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам.

Из содержания брачного договора не следует, что при его заключении
супруги были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями избранного ими
правового режима имущества, что воля каждого супруга была сформирована
свободно, самостоятельно, что нотариус вслух зачитывал договор, как этого
требует закон.

Согласно ст. 54
Основ нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение удостоверяемой им
сделки и проверить, соответствует ли ее содержание действительным намерениям
сторон и не противоречит ли требованиям закона, что в данном случае нотариусом
сделано не было. Основные положения о правах и обязанностях сторон,
последствиях при заключении ими брачного договора содержатся в СК РФ,
положения которого подлежали разъяснению, однако брачный договор не содержит
сведений о том, что положения СК РФ
разъяснялись супругам.

Из текста договора не следует, что перед его подписанием сторонами он
был прочитан ими лично, что содержание заключаемой сделки и ее последствия, а
также содержание ст. ст. 33
— 42 СК РФ
им известно и понятно. Допустимых доказательств, подтверждающих соблюдение
нотариусом ст. ст. 16,
44 и 56
Основ, не представлено.

Таким образом, в брачном договоре отсутствует не только указание на то,
что он был вслух прочитан нотариусом, но и указание на то, что он был прочитан
сторонами лично, что сторонам были разъяснены основные положения о правах и
обязанностях сторон, последствиях заключения брачного договора и что эти
положения им понятны.

Брачный договор не может регулировать личные отношения супругов, а также личные отношения между ними и детьми — Ольга Ступак — LegalHighSchool

О брачном договоре как основе вечной любви или хотя бы сохранении нервов говорила в своей лекции в Legal High School Ольга Ступак, судья Кассационного гражданского суда в составе Верховного Суда. Она отметила, что разрешение любого спора между бывшими супругами начинается с определения правового режима их имущества — независимо от того, будет ли идти речь о его разделении, наследовании или соответствии брачного договора нормам действующего законодательства. В первую очередь речь идет о том, урегулирован ли в брачном договоре правовой режим имущества в соответствии с действующим законодательством, не нарушены ли при этом нормы Семейного кодекса (СК) Украины.

Лектор напомнила, что правовой режим имущества определяется статьями 57 и 61 СК Украины, и отметила, что одним из основополагающих принципов в отношении имущества супругов является презумпция общей совместной собственности, закрепленная статьей 60 СК Украины. При этом Верховный Суд Украины в свое время несколько отступал от этой презумпции, отметив, что для того, чтобы имущество считалось общей совместной собственностью, необходимо наличие трех критериев: приобретение во время брака, приобретение за общие средства или вследствие общих трудовых усилий супругов, приобретение в интересах семьи. Таким образом, по мнению лектора, Верховный Суд Украины возложил на истца бремя доказывания того, что объект, приобретенный во время брака, является объектом общей совместной собственности супругов. В мае 2017 года (дело №6-843цс17) Верховный Суд Украины, уточняя свое заключение, вернулся к классическому пониманию презумпции, такой вывод применяется и Верховным Судом.

Рассматривая особенности брачного договора, Ольга Ступак напомнила слушателям Legal High School, что это вид гражданско-правового договора, но регламентация его в СК Украины создает в таком договоре определенные особенности, обусловливающие и предмет его регулирования, и субъектный состав, а также вызывающие последствия относительно его действительности или недействительности. В частности, сторонами такого договора могут быть или нареченные, которые подали заявление на регистрацию брака, или супруги, что, по мнению лектора, делает невозможным участие в договоре или влияние на него третьих лиц (в частности, родителей).

Лектор рассказала о предмете регулирования брачного договора и позиции Верховного Суда по реализации некоторых аспектов брачных договоров. При этом она подчеркнула, что брачный договор не может регулировать личные отношения супругов, а также личные отношения между ними и детьми; уменьшать объем прав ребенка ставить одного из супругов в невыгодное материальное положение. Кроме того, брачным договором не может передаваться в собственность одному из супругов имущество, право на которое подлежит государственной регистрации.

Ольга Ступак отметила, что обычно брачный договор вступает в силу в день свадьбы, а в случае его заключения супругами — в день нотариального удостоверения. При этом могут быть установлены сроки его действия, а также сроки продолжительности отдельных прав и обязанностей. Также говорилось о форме заключения брачного договора и отмечено, что супруги вправе отказаться от брачного договора, а его действие по выбору супругов прекращается с момента заключения или в день подачи нотариусу заявления об отказе от него.

Говоря об основаниях недействительности брачного договора, лектор напомнила, что они установлены Гражданским кодексом Украины для всех договоров и отдельно предусмотрены статьей 203 ГК Украины. При этом лектор сослалась на практику Верховного Суда по признанию недействительными брачных договоров из-за их несоответствия требованиям СК Украины.

Четыре дела, проложившие путь к равенству в браке, и напоминание о предстоящей работе

Сообщение, представленное Брайаном Макбрайдом, бывшим специалистом по цифровой стратегии HRC

Сегодня исполняется два года со дня исторического решения Верховного суда по делу Обергефелл против Ходжеса , которое сделало равенство в браке законом страны и изменило жизни миллионов людей, которые теперь могут жениться на человеке, которого они любят. Когда люди в США отмечают этот знаменательный день, сегодняшний день также служит важным напоминанием о предстоящей работе по обеспечению полной федеральной защиты ЛГБТ-сообщества.

Только сегодня Верховный суд постановил, что чиновники Арканзаса должны указать имена обоих женатых однополых родителей в свидетельстве о рождении их ребенка. Верховный суд страны также согласился рассмотреть дело с участием пекаря из Колорадо, который отказался предоставить услуги однополой паре, планирующей свадьбу. Избранные лидеры по всей стране стремятся обеспечить, чтобы ЛГБТК не подвергались дискриминации в вопросах жилья, занятости, общественных помещений и образования, в то время как федеральные суды определяют, как сексуальная ориентация и гендерная идентичность подпадают под действие федеральных законов о гражданских правах нашей страны.

За последние несколько десятилетий смелые истцы из числа представителей ЛГБТ-сообщества со всей страны отстаивали свои права, прося Верховный суд подтвердить их основные свободы. 26 июня — день, который останется в книгах по истории, поскольку в этот день было принято решение по четырем ключевым делам за более чем 12 лет.

HRC оглядывается на эти важные дела, чтобы отдать должное усердному труду пар, защитников, организаций и сторонников, которые помогли изменить историю.

Лоуренс против Техаса (2003)

В 2013 году Верховный суд в деле Лоуренс против Техаса отменил закон Техаса о содомии и, в свою очередь, отменил законы о содомии в 13 других штатах, сделав частные, добровольные сексуальные отношения взрослых между однополыми парами законными в США

Это дело заложило основу для огромного прогресса, который мы наблюдали за последние несколько лет, гарантируя, что ЛГБТ-люди не могут быть привлечены к уголовной ответственности за их любовные отношения, и служит напоминанием о том, как много было достигнуто в сообществе ЛГБТК. .Избавив нашу страну от этого крайнего преследования ЛГБТ в соответствии с законом, нарратив вокруг равенства был навсегда изменен.

США против Виндзора (2013)

После более чем 40 лет совместной жизни Эдит Виндзор и Теа Спайер вступили в законный брак в Торонто, Канада, в 2007 году. Их брак был официально признан в Нью-Йорке в 2008 году, когда их родной штат приказал органам штата признавать однополые браки, заключенные в других юрисдикциях. . Когда Теа умерла в 2009 году, она оставила все свое поместье Эди.Однако Эди было запрещено требовать освобождения от уплаты федерального налога на наследство для оставшихся в живых супругов в соответствии с Законом о защите брака (DOMA), законом, который запрещал федеральному правительству признавать браки однополых пар, и в результате столкнулся с Счет налога на наследство в размере 363 000 долларов США.

Виндзор, в лице Робби Каплана, подала иск в Верховный суд, оспаривая запрет правительства на признание законно состоящих в браке однополых пар для федеральных целей, включая социальное обеспечение, иммиграцию, а также отпуск по семейным обстоятельствам и отпуск по болезни.Однополые пары по всей стране вышли победителями, поскольку раздел 3 ДОМА был отменен.

В тот же день…

Холлингсворт против Перри (2013)

В 2009 году две однополые пары, Крис Перри и Сэнди Стир, а также Пол Катами и Джефф Заррилло, подали иск против штата Калифорния в федеральный суд, утверждая, что Предложение 8 Калифорнии нарушает Конституцию США, отказывая им в основных правах и лишение их равной защиты перед законом.Предложение 8, поправка к конституции штата, определяющая брак как брак между одним мужчиной и одной женщиной, была принята во время голосования в ноябре прошлого года, лишив однополые пары права вступать в брак в Калифорнии.

Адвокаты Тед Олсон и Дэвид Бойс представляли пары, и равенство в браке было возвращено Голден Стэйт.

Обергефелл против Ходжеса (2015)

Десятки смелых пар подали в суд свою борьбу за равенство в браке, в том числе Джим Обергефелл, названный истец в деле Верховного суда 2015 года, которое принесло равенство в браке по всей стране.

В январе 2015 года Верховный суд объявил, что он рассмотрит дело «Обергефелл против Ходжеса», объединяющее дело Джима с делами других истцов из Кентукки, Огайо, Мичигана и Теннесси. Дэвид Миченер и Уильям Герберт Айвз, Роберт Грюнн, Николь Йорксмит и Памела Йорксмит, Джозеф Дж. Витале и Роберт Талмас, Бриттани Генри и Бриттни Роджерс, Келли Ноэ и Келли Маккракен, Грегори Бурк и Майкл ДеЛеон, Рэнделл Джонсон и Пол Кэмпион, Джимми Мид И Лютер Барлоу, Кимберли Франклин и Тамера Бойд, Морис Бланшар и Доминик Джеймс, Тимоти Лав и Лоуренс Исунза, Джой «Джоно» Эспехо и Мэтью Мэнселл, Келли Миллер и Ванесса ДеВиллез, сержант Айпе ДеКоу и Томас Костура, Валерия Танко и София Эйприл ДеБоер и Джейн Роуз были лишь некоторыми из отважных людей и пар — вместе с ACLU, Lambda Legal, GLADD, NCLR, которые предоставили со-юрисконсульта по этому делу.

Два года назад в историческом широком решении Верховный суд встал на сторону любящих, преданных однополых пар и признал все запреты на равенство в браке неконституционными, и что фундаментальное право на брак является фундаментальным правом для всех. Тем не менее, мы все еще далеки от полного равенства ЛГБТК в США — 50 процентов однополых пар по всей стране все еще рискуют быть уволенными с работы к полудню и выселением из дома к 14:00 просто за то, что опубликовали свои свадебные фото в фейсбуке.

Во многих штатах ЛГБТК-люди рискуют быть уволенными, лишенными жилья или отказом в обслуживании из-за того, кем они являются. Не существует федерального закона, прямо защищающего ЛГБТК от дискриминации в сфере занятости, жилья, образования, общественных мест и других важных сферах, а в 31 штате по-прежнему отсутствуют полностью всеобъемлющие меры защиты от дискриминации для ЛГБТК.

Дискриминация — реальная и постоянная проблема для очень многих ЛГБТ-американцев, поэтому необходимость в Законе о равенстве как никогда очевидна.

HRC призывает Конгресс принять Закон о равенстве, который был повторно введен в мае при поддержке обеих партий и беспрецедентном количестве предприятий, чтобы гарантировать явную и постоянную защиту для всех американцев.

Верховный суд отклоняет апелляцию клерка округа, который не выдавал лицензии на брак однополым парам

Верховный суд США в понедельник отклонил апелляцию Ким Дэвис, бывшего клерка округа Кентукки, которая привлекла внимание всей страны пять лет назад, когда она процитировала ее религиозные убеждения в отказе выдавать разрешение на брак однополым парам.

Хотя суд, по-видимому, единодушно отказался рассматривать ее апелляцию, двое консервативных судей заявили, что решение 2015 года, согласно которому однополые браки стали законом страны, равносильно «бесцеремонному обращению с религией». Дэвис, «возможно, был одной из первых жертв» этого решения, «но она не будет последней», — писал Кларенс Томас себе и Сэмюэлю Алито.

После постановления о браке однополые пары подали на Дэвис в суд за отказ выдать им лицензию на брак, и она была на короткое время заключена в тюрьму за неуважение к суду, когда она продолжала отказываться после того, как суд постановил, что она выдала их.Позже Кентукки изменил закон штата, и разрешения на брак больше не выдавались на имя клерка округа.

Защищаясь в суде, Дэвис утверждала, что как государственный служащий она была защищена от судебных исков, связанных с ее служебными обязанностями. По ее словам, пары не претендовали на какое-либо конституционное право на получение разрешения на брак от какого-либо конкретного должностного лица. Ее адвокаты сообщили Верховному суду, что дело было о том, «заставляет ли закон делать выбор по принципу« все или ничего »между однополым браком, с одной стороны, и религиозной свободой, с другой».

Но юристы гей-пар сказали, что вопрос гораздо более узкий — обладают ли государственные чиновники неприкосновенностью, когда они действуют так, как они знают, нарушают закон.

«Ни один разумный чиновник не мог бы предположить, что закон штата позволяет ей освободить себя от обязанности выдавать свидетельства о браке «, — утверждали они.

Томас и Алито, которые не согласились с решением суда о браке 5-4, заявили, что оно» позволяет судам и правительствам клеймить религиозных приверженцев, которые считают, что брак заключен между один мужчина и одна женщина — фанатики, благодаря чему их проблемы религиозной свободы намного легче игнорировать.«

Решение о браке дало привилегию« новому конституционному праву над интересами религиозной свободы, защищаемыми Первой поправкой », — заявили они.« Суд создал проблему, которую может решить только он ».

В следующем месяце Верховный суд рассмотрит дело из Филадельфии, которое представляет противоречие между религиозной свободой и антидискриминационными законами. Католическая благотворительная организация оспаривает решение города, запрещающее ей участвовать в программе по помещению детей в приемные семьи, поскольку благотворительная организация заявила, что не их с однополыми парами.

Американский союз гражданских свобод осудил комментарии Томаса и Алито.

«Это ужасно, что через пять лет после исторического [решения о гомосексуальных браках] два судьи по-прежнему считают однополые пары менее достойными брака, чем другие пары, — сказал Джеймс Эссекс, директор проекта группы по ЛГБТ и ВИЧ». вы выполняете работу от имени правительства — в качестве сотрудника или подрядчика — нет лицензии на дискриминацию или отказ от людей, потому что они не соответствуют религиозным критериям.Наше правительство не могло бы функционировать, если бы каждый, занимающийся государственным бизнесом, должен был выбирать свои собственные правила ».

Эссекс сказал, что та же проблема стоит на кону в деле Филадельфии: «Мы будем бороться против любых попыток открыть дверь для узаконенной дискриминации ЛГБТК».

Пит Уильямс

Пит Уильямс — корреспондент NBC News, освещающий деятельность Министерства юстиции и Верховного суда в Вашингтоне.

Microsoft Word — 0504rr.doc

% PDF-1.6
%
1 1 объект
>
поток
Акробат Дистиллятор 5.0.5 (Windows) 2005-12-15T23: 03: 39Z2009-01-15T08: 35: 16-06: 002009-01-15T08: 35: 16-06: 00PScript5.dll, версия 5.2application / pdf

  • sweddel
  • Microsoft Word — 0504rr.doc
  • uuid: 665dacfe-22e1-40a1-aa8d-3519ec0bcb08uuid: bcf258b5-d4cb-43c7-aab0-73f5f8ec087e

    конечный поток
    эндобдж
    2 0 obj
    [
    / Индексированное / Устройство RGB 255 3 0 R
    ]
    эндобдж
    3 0 obj
    >
    поток
    J, g] g + e / h _! _ GCtO = 0f) $ P% cIi8Zdfc5 & 3j_8 $ 7g.S: 71 (MN] ZQX / + Cbu.lK «p74pe1T% s.DY% & \ 1TdJhr54.M9au6> 79n6`Q: 4
    PbLSZTLEE (8E @ ‘* 1mg_ * eTnN *; *’ V3 + gm-EEetX%; Bo $ ur2ss * N` .- !. kG_q6GDD ‘
    dKoL! 8Ka # EV, @ V! \ j8ZFbp6EE0nf; (&; QU6bUD ‘) c @ \
    9-d \ DA = cZ0Q> gIM $$; cd2O @ & a; X, Nn_a

    Обергефелл против Ходжеса | Краткое содержание, история, постановление и факты

    Обергефелл против Ходжеса , судебное дело, в котором 26 июня 2015 года Верховный суд США постановил (5–4), что штат запрещает однополые браки и признание однополых браков. половые браки, совершенные надлежащим образом в других юрисдикциях, являются неконституционными в соответствии с положениями о надлежащей правовой процедуре и равной защите Четырнадцатой поправки к U.С. Конституция.

    Два вопроса, представленные в этом деле, — конституционность запрета на однополые браки («вопрос о браке») и конституционность запрета на признание однополых браков (вопрос «признания») — были среди различных вопросов, которые были совместно представлены в нескольких связанных делах, рассмотренных коллегией из трех судей Апелляционного суда Соединенных Штатов шестого округа в августе 2014 года. В единственном заключении, опубликованном в ноябре, коллегия постановила (2–1), среди прочего, что Четырнадцатый Поправка, а также собственные прецеденты Верховного суда не противоречили законам штата и поправкам к конституции, которые определяли брак как правовые отношения только между одним мужчиной и одной женщиной или отрицали юридическую силу однополых браков, заключенных за пределами штата.Истцы по делам немедленно подали в Верховный суд для рассмотрения дела, который был удовлетворен в объединенном деле Obergefell v. Hodges в январе 2015 года, ограничиваясь вопросами брака и признания. Устные аргументы были заслушаны 28 апреля.

    Судья Энтони Кеннеди, написавший от имени большинства, утверждал, что право на вступление в брак является фундаментальным правом, «неотъемлемым от свободы человека» и, следовательно, защищено положением о надлежащей правовой процедуре, которое запрещает заявляет о лишении любого человека «жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры.«В силу тесной связи между свободой и равенством право на вступление в брак также гарантируется положением о равной защите, которое запрещает штатам« отказывать любому человеку… в равной защите закона ». Затем Кеннеди подробно утверждал, что «причины, по которым брак является фундаментальным», в том числе его связь с личной свободой, «применимы с равной силой к однополым парам». Такие соображения, заключил он, вынуждают суд постановить, что «однополые пары могут осуществлять основное право на вступление в брак.К его мнению присоединились судьи Стивен Брейер, Рут Бейдер Гинзбург, Елена Каган и Соня Сотомайор. Основное особое мнение было написано главным судьей Джоном Дж. Робертсом-младшим, к которому присоединились судьи Антонин Скалиа и Кларенс Томас, оба из которых также написали свое особое несогласие, как и судья Сэмюэл А. Алито-младший.

    How Does Равенство в браке влияет на пожилых людей?

    Когда Верховный суд распространил равенство брака на однополые пары, в брак приходит все величие, благословение и проблемы.Что этот новый конституционный прецедент означает для пожилых людей? Для пожилых людей это означает, что однополые супруги теперь присоединятся к другим супружеским парам и будут пользоваться, среди прочего, следующими правами:

    1. Право супруга на получение чека социального обеспечения своего умершего супруга, если он будет более крупным из двух.
    2. Право иметь преимущественную силу при назначении опекуном, если другой супруг становится умственно недееспособным.
    3. Наследование прав на «выборную долю», которые в большинстве штатов, включая Флориду, означают, что супруг не может быть лишен наследства без брачного соглашения иным образом.
    4. Наивысшее право быть доверенным лицом по вопросам здравоохранения для супруга, который не назначил суррогатного представителя, принимающего решения о медицинском обслуживании.
    5. Наивысшее право наследования в случае смерти умершего супруга, не оставив завещания.
    6. Родительские права усыновленного ребенка, поскольку до постановления суда во многих штатах только одному мужчине или женщине было разрешено быть родителем в однополом союзе.
    7. Право на супружеские пособия ветерана, включая деньги на оплату ухода за выжившим супругом любого ветерана, служившего в военное время.
    8. Достоинство быть указанным в свидетельстве о смерти как «супруга». Главный истец по делу Верховного суда подал иск по этой причине. Джеймс Обергефелл, суд отметил, что «[b] устав, они должны оставаться чужими даже после смерти, разделение, наложенное государством, Обергефелл считает« болезненным на все остальное время »».
    9. Отсутствие брачного договора, право на поддержку в случае развода.
    10. Брак, заключенный в одном штате Соединенных Штатов, должен уважаться в каждом штате.

    Есть еще минусы:

    1. Если один из супругов должен иметь право на государственную помощь, основанную на финансовых потребностях, включая Medicaid и определенные льготы VA, активы супруга теперь будут засчитаны в счет супруга-заявителя.
    2. Отсутствие брачного договора, обязанность по уплате алиментов при расторжении брака.
    3. Отсутствие брачного соглашения, требование обеспечивать оставшуюся в живых супругу, даже если кто-то желает, например, передать все свое имущество собственным детям.
    4. До тех пор, пока не будут подготовлены юридические документы, супруг (а) будет иметь преимущественное право выступать в качестве медицинского и финансового агента, даже если недееспособный супруг предпочитает, чтобы ответственным было другое лицо.
    5. В программах финансовой помощи любого рода обычно учитываются активы обоих супругов. Это будет означать, что пожилой человек одного пола, состоящий в браке, который желает вернуться в колледж, получить необходимые услуги от агентства социального обслуживания, получить талоны на питание, жилищную помощь или подать заявку на любую другую помощь, основанную на финансовых потребностях, может больше не соответствовать требованиям. .

    Институт брака больше не является исключительным правом мужчин и женщин. Скоро мы потеряем термин «однополые браки», потому что мы осознаем, что эти права и обязанности применимы ко всем людям независимо от пола. Сейчас просто брак.

    Закон о браке, виды брака и брачных соглашений

    Брак — это правовой статус, при котором два человека объединены в глазах закона. Обычно это включает в себя получение парой лицензии на брак, а затем обмен клятвами на церемонии, проводимой уполномоченным должностным лицом.Когда пара вступает в брак, они получают несколько прав, включая определенный налоговый статус, возможность принимать решения, если их супруги недееспособны, и права собственности.

    Традиционный брак

    На протяжении сотен лет право на брак предоставлялось только гетеросексуальным парам. В 1996 году Конгресс принял Закон о защите брака, или DOMA, запрещающий браки между людьми одного пола. Однако в 2013 году Верховный суд США постановил, что DOMA нарушила 5-ю поправку, и некоторые штаты затем приняли законы, разрешающие однополым парам вступать в брак.В каждом штате свои требования для получения разрешений на брак и лиц, которым разрешено исполнять обязанности. Некоторые виды браков запрещены, поскольку они противоречат государственной политике.

    Однополые браки

    Ситуация в браке изменилась в июне 2015 года. Постановлением Верховного суда суд постановил, что запрещение браков между парами по признаку пола является неконституционным. Это решение фактически отменило все запреты на однополые браки, предоставив многим людям право вступать в брак в первый раз.

    Брак по общему праву

    В некоторых штатах признаются союзы между парами, не получившими лицензии или не прошедшими свадебную церемонию. Это называется гражданским браком. В тех государствах, которые признают этот статус, гражданские супруги пользуются теми же правами, что и супруги в других браках. Если их отношения распадаются, паре, состоящей в гражданском браке, скорее всего, придется пройти процедуру развода или расторжения брака.

    Большинство штатов, признающих гражданский брак, предъявляют аналогичные требования к парам:

    • Оба человека должны достичь согласия штата
    • Ни один из них не может состоять в браке
    • Оба человека должны быть в здравом уме
    • Пара должна жить вместе

    Брачные соглашения

    Перед свадьбой некоторые пары заключают брачные соглашения, касающиеся их имущественных прав и обязанностей во время брака.Темы, затронутые в брачном соглашении, могут включать:

    • Как будут поступать финансы во время брака
    • Как будет разделено имущество при разводе
    • Кто за какие долги отвечает
    • Как будет передана собственность в случае смерти супруга
    • Как уладить будущие разногласия

    Однако важно отметить, что есть некоторые темы, которые не могут быть включены в брачный договор. Правила по любым нефинансовым вопросам, таким как работа по дому, отношения с родственниками, соглашения о фамилиях или опеке над детьми, не могут быть включены в брачный договор.Брачные договоры также не могут содержать положений, нарушающих общественный порядок. Суд также может аннулировать брачный договор, если он обнаружит, что один из супругов был принужден или вынужден подписать его.

    Пары, которые уже вступили в брак, могут рассмотреть возможность заключения брачного соглашения. Послеродовое соглашение охватывает те же темы, что и брачный договор, и часто может помочь ослабить напряженность в браке, вызванную неуверенностью в финансах. При составлении брачного или брачного соглашения, как правило, для каждого супруга рекомендуется иметь собственного адвоката, который будет защищать их интересы.

    Поговорите с опытным адвокатом по вопросам брака сегодня

    Эта статья предназначена быть полезной и информативной. Но даже обычные юридические вопросы могут стать сложными и вызывать стресс. Квалифицированный адвокат по вопросам брака может рассмотреть ваши конкретные юридические потребности, разъяснить закон и представить вас в суде. Сделайте первый шаг прямо сейчас и свяжитесь с юристом в вашем регионе из нашего каталога, чтобы обсудить вашу конкретную правовую ситуацию.

    Ваш следующий шаг:

    Укажите свое местоположение ниже, чтобы связаться с квалифицированным адвокатом по вопросам брака сегодня.

    Популярные запросы адвокатов:

    Часто задаваемые вопросы о трансгендерах и законе о браке

    ПРАВА ИММИГРАНТА

    ПОДГОТОВКА К ИММИГРАЦИОННОМУ ИНТЕРВЬЮ

    Служба гражданства и иммиграции США (USCIS) придерживается политики (с 2013 г.) одинакового отношения к однополым и разнополым супружеским парам для целей иммиграции. В решении Верховного суда от 2015 года о легализации брака для однополых пар дополнительно уточняется, что пары — если один или оба являются трансгендерами — могут вступать в брак в любом штате и иметь доступ к полным федеральным иммиграционным льготам, таким как право на подачу петиции о постоянном проживании супруга ( также известная как «зеленая карта») или виза жениха (е) (также известная как «K-1»).

    • Lambda Legal и другие организации внимательно следят за тем, чтобы эти правила соблюдались в полной мере, в том числе во время личных собеседований в офисе Службы гражданства и иммиграции США (USCIS), в которых супружеские пары, подающие определенные заявки, должны участвовать.
    • Если вы собираетесь на одно из этих собеседований, вы должны знать, что будут вопросы о ваших отношениях, в том числе о том, как вы познакомились, и о деталях вашей супружеской жизни.Но ко всем парам нужно относиться одинаково, независимо от их пола.

    Свяжитесь с Lambda Legal, иммиграционным юристом или Immigration Equality, если вы чувствуете, что подверглись дискриминации во время этого процесса из-за вашей сексуальной ориентации или гендерной идентичности.

    подсказок

    ДОКУМЕНТЫ, КОТОРЫЕ ВАМ МОЖЕТ ПОТРЕБОВАТЬСЯ, ЕСЛИ ВЫ ЗАБЫВАЕТЕ, И ОДИН ИЛИ ОБА ИЗ ВАС ТРАНСГЕНДЕРЫ:

    • Доверенность
    • Доверенность на здравоохранение
    • Жилая воля
    • Версия HIPAA
    • Соглашение об опеке / попечительстве или усыновление вторым родителем (если участвуют дети)

    ДЛЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ: Свяжитесь с Lambda Legal по телефону 212-809-8585, 120 Wall Street, Suite 1900, New York, NY 10005-3919.Если вы чувствуете, что подверглись дискриминации, позвоните в нашу справочную службу по бесплатному телефону 866-542-8336 или перейдите на сайт www.lambdalegal.org/help.

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *